В Ирландию, часть 25 (Заключительная)

КочВот я и добрался до заключительной части рассказа о путешествии по «изумрудной» стране Ирландии. Не уверен, что моё повествование заслуживает внимания, не возьмусь утверждать, что сбивчивый рассказ может передать хотя бы часть моих путанных, но ярких впечатлений. Но в чём я стопудово уверен, так это в том, что каждая минута, потраченная на этот продолжительный опус, принесла немалое удовольствие, возвращая меня, даже месяцы спустя, в те августовские дни, проведённые на замечательном острове в прекрасной компании.

Розовые сопли моего повествования.

Розовые сопли моего повествования.

Да, признаю, что повествование моё было окрашено преимущественно в радужные тона, местами скатываясь в розовые сопли. Тому есть несколько объяснений. Первое и главное — позитивное восприятие — мой тяжкий крест и я его с удовольствием волоку по своей бренной жизни. (Я вообще не припомню ни одного путешествия, или другого развлекательного мероприятия, из которого я бы вернулся и сказал, что оно мне не понравилось ничем.) Второе — вольно и невольно, и автором, и читателем всё увиденное сравнивается с привычной средой обитания. Ну а всё новое и необычное всегда красочнее, чем обыденное и привычное. Ну и, чего уж лукавить, там, где дело касается разумности организации государства, с нашей отчизной тягаться очень легко — хоть с закрытыми глазами и во сне. Третья причина по очереди, но не по значению — это люди, которые окружают в путешествии. Людям спасибо за настроение и поводы для рассказов. (Даже тем, которые на меня за них обиделись.)

Чем ещё помянуть Республику Ирландию на прощанье? В Килкенни, когда мы перед отъездом присматривали себе какую-нибудь транспортабельную «открытку» работы одного из местных художников, к нам обратилась женщина, отреагировавшая на русскую речь. Оказалось, соотечественница — Ирина, приятная женщина из Перми, муж из Литвы, в Ирландии живут уже восемь лет, ремонтируют мебель. На вопрос – как живётся – основной ответ – спокойно. Местные улыбаться будут, но с открытым сердцем не примут, в душу не пустят. Но и притеснять ни в коем случае не станут.

Мы с Ириной и овечки

Мы с Ириной и «овечки»

Национальный культ чистоты. Сразу после переезда, Ирина с мужем стали наводить порядок и подметать двор. Соседи не поленились подойти, пожать руку, сказать «спасибо и добро пожаловать». Постоянно проводятся конкурсы на самый чистый, самый зелёный, украшенный, самый ещё какой-нибудь город. Жители по этому поводу впадают в ажиотаж отдраивания и украшательства. Особенно в маленьких городках. Про погоду – весна плавно перетекает в осень и снова весна. Не жарко, не холодно, влажно, бывают сильные ветра. Листва всё-таки опадает на недлинную зиму, но голой природа не остаётся – всегда есть зелень. Трава вообще всегда зелёная, плющи, кусты. Есть розы, которые цветут круглый год. Заезжайте, говорит – разместим, поможем. У Ирины дети выросли, разъехались. Чтобы занять высвободившееся время, она начала рисовать. Теперь у меня есть картина со смешными овечками — пусть на ДВП, пусть любительская, но я тащил её домой на автомобилях, яхтах, многочисленных самолётах — память.

Многие ирландцы мечтают перебраться в какую-нибудь тёплую европейскую страну — например, во Францию. Некоторые перебираются. Среди соотечественников (в самом широком постсоветском смысле этого слова), перебравшихся на остров, тоже встречаются недовольные климатом, которые гундят по этому поводу. Живут и гундят. Десятилетиями. Уверен, что эта черта характера абсолютно интернациональна.

Набережная Кинсейла

Набережная Кинсейла

Про чистоту могу с чистой совестью подтвердить. Особенно это хорошо заметно по линии прибоя — в ней нет мусора никакого вообще. Этого говорит о том, что в воду тут не бросают ничего. Вероятно, этой же заботой о природе объясняется нежелание развивать чартерный яхтинг — предложение хоть и есть, но оно ограничено. Пирсов-понтонов по минимуму и, в основном, для местных. Стоянка на буях и минимум сервиса — это не то, к чему привыкли яхтсмены, избалованные турецким или хорватским ассортиментом услуг. Видимо, ирландцы не жаждут дополнительных доходов от туризма в ущерб окружающей среде, в которой живут.

Насчёт спокойности жизни приведу один-единственный факт. За две недели пребывания в стране, мы не увидели ни одного полицейского и лишь одну полицейскую машину где-то в Дублине. (Влада по этому поводу смеялась: «И ту на выставке полицейских машин».) Но не стоит уж чересчур умиляться сознательности местных жителей. Сознательность их в немалой мере подкреплена серьёзными штрафами — курение в ресторане обойдётся в 3000 евро курильщику и столько же ресторатору. Такая нехитрая мера оказалась очень убедительным доводом в споре о том, можно ли вообще представить себе ирландский паб без табака? Можно. Три тысячи обойдётся и перемещение на лодке без спасательного жилета. Прямо магическая мантра, благотворно влияющая на дисциплину и самосознание ирландской нации — «три тыщи евро».

Подозрительные лица

Подозрительные лица

Но, не хотелось бы заканчивать рассказ на столько меркантильной ноте. С 15 на 16 августа мы провели последнюю ночь на уже не нашем Джазе, а с утра забрали детей и отправились в Корк, чтобы сесть на самолёт и отправиться восвояси. На прощанье, Кинсейл безвозмездно предоставил нам экскурсию в прошлое — в программе были древний коч, столетние Форды, театр Карабаса-Барабаса и ванильные домики. Об этом ниже много фотографий, а я бы хотел сказать: «Гудбай, Ирландия, оуу, где мы…» побываем, надеюсь, ещё.

P.S. Нее, не так быстро. Тут у меня возникла идея раздать сёстрам по серьгам. Не всем, так хотя бы парочке. Раз уж Олеся не дала согласия на рассказ смешной истории про её шапочку, а Влада и вовсе эту писанину не читает, то у меня вопрос к аудитории — найдите три отличия между картинками:

А вот теперь можно с чувством выполненного долга приступить к просмотру прощальных фотографий из Кинсейла:

P.P.S. И ещё. Самые-самые прощальные фотографии из Корка перед отъездом. На улицах Корка в этот день несколько раз повстречали зашуганного фрика в оранжевых штанах, который вызвал у нас с Костей философский спор с мордобоем. Костя эмоционально доказывал гипотезу о первостепенности роли галюциногенных наркотических препаратов в череде факторов, определивших духовный облик рассматриваемого персонажа. Я возражал и настаивал на приоритете осознанного стремления избавиться от границ и стереотипов, навязанных обществом, что непреодолимо диссонируют с врождённой застенчивостью нашего героя. И, как следствие — поиск простого решения проблемы в галюциногенных и наркотических препаратах. К консенсусу мы так и не пришли.

Вот на этой то оптимистичной ноте с жизнеутверждающим концом я и закруглюсь, оставив, в лучших традициях, некоторую недосказанность. :)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>